Введение в австрийский подход к Биткойну

0

Представляем вашему вниманию обзор от ведущего известного криптовалютного подкаста Стефана Ливеры на «австрийский» подход к Биткойну. Материал подойдёт как новичкам, так и тем, кто уже знаком с крупнейшей криптовалютой на среднем уровне. Стефан живёт в Сиднее и выступает в качестве преподавателя и предпринимателя. Ранее он изучал бухгалтерский учёт, финансы, информационные системы и работал в сфере профессиональных услуг и банковского аудита до того, как сосредоточился на Биткойне. Сегодня вы узнаете, почему австрийская школа экономики помогает лучше понять Биткойн.

Что на повестке?

  • Как деньги возникают на рынке как самый ходкий товар.
  • Почему Биткойн – не скам.
  • «Действительная стоимость».
  • Блокчейны и социальная масштабируемость.
  • Исследователи Биткойна и австрийской экономики, которых стоит слушать и читать.

Итак, как выглядит Биткойн с точки зрения австрийской экономики? Почему с позиций австрийской экономики Биткойн становится понятнее? Постараемся ответить на эти вопросы для тех, кто плохо знаком с этой темой или слышал о Биткойне только от скептиков, популярных СМИ или сторонников криптовалют в целом.

Если вы новичок, то, возможно, задаётесь вопросом: «Разве этот ваш Биткойн не скам? У него ведь нет никакой действительной стоимости. Биткойн не приносит дивидендов или дохода. Это что-то вроде пузыря тюльпанов, и все здесь просто играют в азартные игры? Не прикроют ли его власти? Не могут ли его взломать? И как насчёт всех этих других монет? Почему бы мне просто не купить эти другие монеты, так как я упустил шанс с Биткойном? Что, если я куплю биткойны, и затем появится что-то лучшее?» И так далее, в духе примера с Facebook и Myspace, который часто можно встретить. Постараемся затронуть большинство из этих вопросов и посмотреть, что обо всём этом может сказать австрийская экономика.

Стефан Ливера. Источник: YouTube

Итак, кого можно назвать влиятельными мыслителями в мире Биткойна? Лично на меня больше всего повлияли такие люди, как Ник Сабо, Сейфедин Аммус, Пьер Рошар, Майкл Голдстейн и Виджай Бойяпати. С самых ранних дней о Биткойне также писали Туур Деместер, Трейс Майер, Дэниел Кравиш, Конрад Граф и Петер Шурда. Хотя Дэниел Кравиш, к примеру, теперь скорее сторонник Bitcoin Cash, так что за его новыми публикациями следить я бы не рекомендовал.

 

Что же касается австрийской экономики, то больше всего на меня повлияли её основатель Карл Менгер, Людвиг фон Мизес, Мюррей Ротбард, Ханс-Херман Хоппе, Боб Мерфи, Том Вудс, Гвидо Хюльсман, Уэрта де Сото и др. Дабы быть с вами честным, себя я авторитетом или влиятельной фигурой не считаю.

 

Я не профессиональный экономист с академической степенью, но давно изучаю австрийскую экономику. Не буду приводить полное досье на себя, но мне уже больше 30, и я интересуюсь австрийской экономикой где-то с 15 лет. То есть уже не менее 15-16 лет. Что касается Биткойна, то он привлёк моё внимание примерно в декабре 2012 г. Имея всё это в виду, позвольте поделиться кое-какими общими мыслями о взгляде австрийской экономической школы на Биткойн.

Итак, Биткойн следует рассматривать как цифровые твёрдые деньги. В сущности, он бросает величайший вызов правительственному вмешательству в деньги, и в частности центральным банкам, но не обязательно банковскому делу в целом, если его правильно понимать. Биткойн чрезвычайно интересен тем, что его предложение фиксировано – 21 млн. Больше, чем 21 млн биткойнов, никогда не будет. Никогда ещё за всю историю жёстко фиксированного предложения достичь не удавалось.

Данное свойство возможно благодаря тому, как Биткойн устроен, – влиять на него или контролировать его какой-либо одной крупной централизованной стороне крайне сложно. Таким образом, люди видят ценность в идее неизменяемого реестра денег, то есть такого, который очень сложно переписать задним числом.

Благодаря лежащей в его основе технологии – доказательству выполнения работы – его можно сравнить с янтарём. Чем больше накапливается слоёв янтаря, тем сложнее изменить то, что находится под ним.

В прошлом предпринимались попытки децентрализовать деньги или вывести их из-под контроля государства или какого-то одного человека, но они были неудачными. Биткойн следует понимать как революционную технологию, делающую возможной новую форму денег, неуязвимую к централизации или присвоению. Исторически те, кто получал широкую власть, стремились производить инфляцию денег, так как, разумеется, если ты король и можешь обесценить деньги, например, отрезая от монет немного серебра, то так можно очень быстро обогатиться за счёт своих подданных.

Можно встретить разные аргументы за и против, но, по сути, именно поэтому в Биткойне видят такую большую ценность. Однако рассматривать его нужно в долгосрочной перспективе. Мы говорим о нескольких десятилетиях.

Давайте теперь затронем некоторые конкретные темы, относящиеся к Биткойну. Начнём, пожалуй, с Карла Менгера, основателя австрийской школы. Один из фундаментальных выводов его эссе «О происхождении денег» таков, что существуют разные степени ликвидности товаров. Ввиду проблемы, известной как двойное совпадение потребностей, людям свойственно постепенно приходить к товарам, которые проще сбыть.

Источник фото: Unsplash

Вот простой пример. Если у вас есть товар, который сложно продать, то вы можете остаться без торговых партнёров для этого товара, даже если он очень ценный. Допустим, вы изготовляете телескопы, но человеку, пекущему хлеб, телескоп не нужен. Возможна также другая проблема, если, например, он не захочет отдать вам 200 буханок хлеба. Возможно, у него есть на продажу лишь 10 буханок, но вы не можете так просто взять и разрезать свой телескоп на части. Он не делим. Кроме того, не всегда можно быстро найти нужного человека.

Следовательно, под деньгами мы понимаем средство непрямого обмена. Деньги нужны тогда, когда прямой бартер невозможен. Карл Менгер писал об этом в контексте времени и пространства. Насколько широк рынок товара, который вы пытаетесь использовать в обмене? Насколько он долговечен? Насколько хорошо он сохраняет стоимость со временем? Насколько хорошо он делится? Отсюда возникло понятие о денежных свойствах.

Хорошие деньги должно быть сложно подделать. Их подлинность должно быть легко проверить. Исторически они также должны были иметь высокое отношение стоимости к весу. Вот быстрый мысленный эксперимент: сравните золото, имеющее очень высокое отношение стоимости к весу, например, с травой. Представьте, сколько травы пришлось бы носить с собой. Золото, очевидно, носить проще. Биткойн отличается тем, что он цифровой и обладает цифровой редкостью, которая раньше была невозможна.

Итак, ликвидность – одна из ключевых составляющих, тогда как другие свойства увеличивают шансы самых ликвидных товаров стать деньгами. Необходимо понять, что существует сильная тенденция тяготения к нескольким лучшим товарам, которые в итоге становятся деньгами. Но также нужно понять, что здесь нет никакого принуждения сверху, когда власти диктовали бы, что тот или иной товар должен быть деньгами. Скорее наоборот, деньги спонтанно возникают на рынке, где каждый действует в своих субъективных интересах.

Кто-то может думать: Биткойн – это система убеждений и т. п. Нет, это не система убеждений. Люди, руководимые собственными интересами, ищут самый ходовой товар, который можно использовать в качестве денег. Как указывает Сейфедин Аммус, исторически люди сходятся на самых твёрдых и ликвидных деньгах.

Источник фото: Unsplash

Некоторые также думают, что Биткойн – что-то вроде азартных игр. Постоянно можно услышать, что всё это лишь спекуляция. Да, в некотором смысле действительно имеет место спекуляция. Существует спекулятивный спрос, но есть хорошие аргументы, почему спекулировать на Биткойне имеет смысл: мы видели последние 11 лет, как первая в истории криптовалюта росла и как никому из множества конкурентов не удалось его превзойти.

Данные идеи могут помочь вам изменить ваше мнение. В частности, можете противопоставить взгляд на деньги и Биткойн в духе Менгера, например, с хартализмом, государственнической теорией денег. Согласно хартализму, именно государство объявляет, что деньги, а что – нет. Можно также пойти дальше и рассмотреть исторические примеры Веймарской Германии, Венесуэлы, Зимбабве, Аргентины и т. д. Недостаточно просто сказать, что когда государство объявляет что-то деньгами, все будут его использовать, потому что если государство зайдёт слишком далеко, то люди переключатся на что-то другое.

Исторически мы видели, что, оказываясь в условиях гиперинфляции, люди пытаются побыстрее избавиться от валюты. Это напоминает игру в «горячую картошку». Например, когда кто-то получает венесуэльскую валюту, он сразу же что-то за неё покупает, потому что иначе она скоро обесценится.

И в таких случаях можно было наблюдать феномен долларизации. В Венесуэле и других странах люди старались использовать другие, более твёрдые деньги, лучше сохраняющие стоимость. И вскоре, по аналогии с долларизацией, мы можем увидеть процесс биткойнизации.

Также существует взгляд на деньги как на долг, представленный Дэвидом Грэбером, – идея о том, что деньги начались с долга. Очевидно, что мы с этим не согласны, придерживаясь взгляда, что деньги – это средство обмена и ликвидности. Такого же мнения и другие в мире Биткойна; хороший пример – статья Ника Сабо «История происхождения денег».

Это феноменальная статья, обязательная к прочтению. В ней Ник Сабо много рассказывает о примитивных деньгах и о драгоценностях как первой надёжной форме, олицетворяющей стоимость, что вполне согласуется с взглядами Менгера.

Подобно проблеме двойного совпадения потребностей, о которой мы упоминали выше, Сабо говорит о драгоценностях как о средстве отложенной взаимности. Драгоценности выступали своего рода технологией, помогавшей людям сотрудничать и передавать богатство потомкам, а также внутри племени и между племенами.

Ожерелье из вампума. При торговле, бусины подсчитывались, снимались и переносились на новое ожерелье. Индейские бусины-раковины также иногда вплетались в пояса или другие мнемонические и церемониальные предметы, которые демонстрировали богатство и верность племени договору.

Исторически в Индии и других странах существовал обычай приданого, когда семья невесты платила семье жениха. Ник Сабо в своей статье указывает, что чаще было наоборот, но, как бы то ни было, это был один из способов, помогавших координироваться. Когда в прошлом люди жили в небольших деревнях, то было несложно отслеживать, кто что кому должен или кто что для кого сделал. Но очевидно, что это не масштабируемо.

Когда говорят о росте обществ, часто упоминают о числе Данбара. Это идея о том, что поддерживать отношения с более чем 150 людьми сложно. Так что можно сказать, что потребность в деньгах возникла, когда человеческие общества стали превышать 150 человек. Это один возможный взгляд. Пожалуй, это хорошо согласуется со следующей статьёй Ника Сабо, которую хотелось бы выделить, – «Деньги, блокчейны и социальная масштабируемость».

Это тоже фантастическая статья. Сабо в ней пытается указать на то, что Биткойн невероятно неэффективен с вычислительной точки зрения. Он пишет:

«Секрет успеха Биткойна, безусловно, кроется не в его вычислительной эффективности или масштабируемости в отношении потребления ресурсов… Успех Биткойна заключается в том, что ценой активного потребления ресурсов и низкой вычислительной производительности приобретается нечто ещё более ценное: социальная масштабируемость».

Опять же, это напоминает то, о чём мы говорили выше. Социальная масштабируемость – это правила игры, то, что сдерживает или мотивирует человеческое поведение и помогает преодолеть определённые ограничения нашего человеческого ума, в том смысле, о котором шла речь в связи с числом Данбара. Если понимать это так, то следует скептически относиться к тем, что обещает мир технологии блокчейна. Они говорят «блокчейн, но не Биткойн» и т. д., на самом деле не понимая, что речь идёт о выполнении вполне конкретной задачи.

Блокчейн, используемый в работе крупнейшей криптовалюты, задуман так, чтобы за счёт невероятно больших издержек дать определённый уровень гарантий касаемо правил первой криптовалюты. Никогда не будет больше 21 млн BTC. Нельзя расходовать монеты дважды или потратить чужие монеты, и т. д. В Биткойне есть чёткие правила. И в этом смысле Ник Сабо говорит:

«Блокчейн-технология, обеспечивающая целостность данных при помощи компьютерных наук, а не бюрократических систем, сделала возможным появление денег, сводящих к минимуму необходимость доверия».

Если понять это, то, пожалуй, вы будете более скептично относиться к применению так называемой технологии блокчейна к чему-либо помимо денег. Это очень, очень высокая планка. Нужна здоровая доля скептицизма, так как уже лет пять постоянно слышно: «Блокчейн, но не Биткойн». Однако выгодные варианты применения найти не удавалось, а если и удавалось, то такие, где можно было задействовать другой технологический подход, возможно даже с использованием криптографии, но без блокчейна.

Скептик во мне считает, что некоторые не слишком технически подкованные менеджеры могут использовать блокчейн в рекламных целях или просто чтобы попробовать. Затем IT-специалистов это устраивает, так как помогает им получить больше бюджета, и они делают то, что не обязательно наиболее эффективно. Как бы то ни было, я считаю, что нужно скептически относиться к технологии блокчейна.

Доктор Ханс-Херман Хоппе – американский экономист австрийской школы немецкого происхождения, либертарианский философ, приверженец идей анархо-капитализма. Почётный профессор экономики в Университете штата Невада, Лас-Вегас (UNLV), старший научный сотрудник Института Людвига фон Мизеса. Источник: Medium

Далее я хотел бы затронуть эссе Ханса-Хермана Хоппе «Новый взгляд на доход с денежных сбережений». Насколько я понимаю, это эссе – ответ скептикам, говорящим: «Но ведь держать деньги – непродуктивно. Зачем держать сбережения?» Всё сводится к вопросу о том, зачем мы держим остаток наличности.

Чтобы объяснить это немного глубже, стоит обратиться к трём категориям, упоминаемым Ротбардом в книге «Человек, экономика и государство»: потребление, капиталовложения и сбережения. Уверен, с этим согласились бы практически все австрийские экономисты.

Предположим, что вы заработали деньги. Вы можете выбрать один из трёх вариантов. Вы можете потратить деньги на что-то, что вы употребите сейчас. Вы также можете вложить их во что-нибудь, чтобы заработать больше, но, очевидно, это сопровождается риском. Или же вы можете оставить их в качестве сбережений. И Хоппе в своём эссе спрашивает: зачем мы держим сбережения? В конечном счёте, всё дело в неопределённости. Справедливости ради стоит упомянуть, что об этом говорит и Мизес.

Как бы то ни было, суть в следующем мысленном эксперименте. Представьте, что неопределённости нет. Тогда, возможно, сбережения не нужны. Можно просто инвестировать свои средства или ссудить кому-нибудь так, чтобы получить обратно как раз тогда, когда они нам понадобятся. Например, я знаю, что через полгода мне понадобится $1000, чтобы купить некий товар. Мне не обязательно держать эти деньги всё это время, если нет никакой неопределённости. Я могу положить их на шестимесячный депозит или вложить в облигации или другие инструменты, которые можно погасить ровно через полгода.

Итак, Хоппе в своём эссе пытается объяснить, что денежные сбережения дают определённость в неопределённом мире. Если вы держите наличные, то у вас есть самый ликвидный актив, или самый ходовой товар, о котором мы говорили выше. Благодаря этому вы можете купить практически что угодно с минимальным скольжением цены и минимальными усилиями на поиск торгового партнёра. Вместо того чтобы производить бартер и рассчитывать на двойное совпадение потребностей, вы просто используете деньги.

Источник иллюстрации: БитНовости

И некоторые люди, включая более агрессивных противников Биткойна и популярных финансовых аналитиков, смешивают эти категории. Они сравнивают золото и ведущую криптовалюту и говорят: «Золото – это ведь всего лишь непродуктивная горная порода. Зачем его держать?» И это неправильный выбор категории.

Эти люди рассматривают золото и Биткойн как нечто, что должно относиться к категории инвестиций и приносить дивиденды: как акции, проценты или облигации. Но золото и Биткойн держат не поэтому. Их держат в качестве сбережений.

Также здесь стоит рассмотреть понятие спекулятивного спроса. Одна из оправданных причин копить сбережения в том, что вы верите, что это увеличит вашу покупательную способность. Например, в прошлом, если вы считали, что цена золота вырастет, то вы держали золото, что давало возможность купить больше домов, машин, еды, одежды и т. д. Таким образом, это хорошая причина для спекулятивного спроса.

Так что это один возможный ответ австрийской школы на то, что Биткойн не имеет доходности. Он и не должен её иметь. Его скорее следует рассматривать как сбережения.

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.